?

Log in

ostaev
Наконец-то я закончил многострадальный роман «НИМВРОД. Строитель Вавилонской башни». Собирать материалы и писать этот эпический цикл я начал более четверти века назад. Часть его под названием «Ассура. Царица Вавилонская» была издана в 2005 году издательством «Терра» в виде отдельного романа в серии «Избранницы судьбы». Начало книги «Ассура. Царица Вавилонская» выложено ЗДЕСЬ >>
КРАТКАЯ ПРЕДЫСТОРИЯ СЮЖЕТОВ РОМАНА
    Когда схлынули воды потопа, НОЙ и сын его, СИМ, принесли жертву Богу, и соорудили над ракой с останками Адама скинию – шатер из кож жертвенных животных. Там адамово тело почивало пятьдесят лет до тех пор, пока Ной не повелел своим детям расселиться по белу свету и отправил детей своих: ХАМА на юг, ИАФЕТ в северные пределы; Симу же он повелел расселиться в срединных землях с запада до востока. Разделив свою семью, Ной разделил и адамовы мощи меж сыновьями. Симу досталась честная адамова глава, Иафету – туловище от шеи до пояса, а Хаму всё то, что ниже пояса. «Где погребёте, доставшиеся вам, части адамова тела, там и будет впоследствии середина, столица вашей земли». – Сказал им Праотец Ной.
        Сим положил свою часть Адамова тела – его честную главу – там, где сейчас расположен Иерусалим, и сей город стал впоследствии столицей семитских народов. Он насыпал над главою Адама высокий холм из диких камней, и, так как на голых камнях ничего не росло, место это стало называться по-еврейски Голгофа, по-русски же – лысая гора. Там впоследствии будет водружен крест, на котором распят Иисус Христос. Поэтому в основании православного креста обычно изображается человеческий череп.
        Иафет похоронил доставшиеся ему останки, по одной версии, там, где ныне находится Рим, по другой там, где будет основан Константинополь (ныне Стамбул). Возможно, доля Иафета еще была разделена и не один раз, но предания об этом я пока не нашел.
То, что досталось Хаму, по понятным причинам, было препоясано кожаными одеждами. Одежды эти, данные Адаму Господом Богом при изгнании его из рая, имели удивительное свойство. Они сохраняли в себе дивное благоухание Эдемского сада, обоняя которое, дикие животные делались смиренными и кроткими, как некогда в Божьем раю, и переставали страшиться хищников и человека. Более того, они стремились к человеку, носящему эти одежды, как к своему господину, ибо Адам некогда был поставлен над ними Царем. Эти одежды, хранившиеся в Кархамише, уделе Хамовом, и похитил его внук, сын Хуша, Нимврод. Он, будучи царским ловчим при дворе Вавилонских Царей, надевал на себя это опоясание во время охоты. Дикие звери, обоняя эдемское благоухание, неощутимое порочными человеками, стремились к нему со всех сторон, и вероломный Нимврод избивал их в больших количествах. Именно поэтому, а не из-за каких-то своих заслуг, Нимврод и прослыл «сильным звероловом пред Господом».
Впоследствии, когда умер в изгнании Царь Вил, сын Ассура, правитель Вавилона и Шинара, Нимврод сделался сначала престолоблюстителем, а потом и царём (точнее сказать, тираном, так как захватил власть силой, незаконно) Вавилона и всего Шинара (Сенаара). Желая увековечить и возвеличить себя в глазах потомков, Нимврод начал строить на основе плосковерхой горы, располагавшейся близ Вавилона, исполинскую башню, которая, по его замыслу, должна была досязать до небес.
По приказу Нимврода в строительстве Вавилонской башни должны были принимать участия все без исключения жители мужского пола, проживавшие в то время в Шинаре. Тот, кто по какой-то причине, по старости, по болезни, или просто по лени не желал или не мог участвовать в её возведении лично, должен был чем-то возместить своё нучастие в строительстве: представить на стройку своего раба или дать для её возведения определённое число от своего скота или продовольствия.
Впоследствии Машем, одним из прислужников Нимврода, были изобретены деньги - золотые, серебрянные и медные монеты, обозначающие количество времени, затраченного на строительство вавилонской башни, соответствующие году (золото - солнечный круговорот), месяцу (серебро - круговорот лунных фаз) и дню (медь - суточный круговорот).
 
 
ostaev
<< Вернуться в самое начало и к оглавлению
Самые знаменитые воительницы Царицы Ассуры
       Навара, 6-й ребёнок и 2-я дочь Иавана, сына Абафета, которую он родил от своей жены и родной сестры Памелы, дочери Абафета. Она родилась в Тарсе, становье Иавана, названном так в честь ФАРСИСА (Тарса) – 2-го, но при этом самого любимого сына Иавана. Навара с детства была влюблена в своего старшего брата Фарсиса. Когда Наваре исполнится 14 лет, ее начали готовить для посвящения в «Дочери Ара» и отправляют из Тарса через Кархамиш в Харан, к тамошней предводительнице «Аровых Дев» – КАИНАРЕ, жене Арфаксада (Арпакшата). Там, в Харане, Каинара, жена АРФАКСАДА, с помощью своих подруг и служанок посвящает Навару в «Дочери Ара».
        Как раз в это время в Харан приезжает Фарсис, следующий их Харратских гор, где он гостил у своего дяди, МАГОГА, сына АБАФЕТА, в своё становье в Шинаре, близ Вавилона, в котором он проживал постоянно со своими друзьями, слугами и рабами. Фарсис сначала не узнаёт Навару, так она выросла за годы их разлуки. Навара признаётся Фарсису в своей любви к нему и уговаривает своего брата взять его с собой в Шинар, чтобы обучать её там боевому искусству.
        Уже в Шинаре Фарсис тайно тренирует Навару и делает свою сестру искусной воительницей.
        О тайных тренировках Фарсиса и Навары узнаёт Царица АССУРА. Она вызывает к себе Навару и Фарсиса и выговаривает им, что они не поставили её в известность о своих тренировках. Впрочем Ассура скоро смягчается к ним и предлагает Наваре стать её посланницей и телохранительницей, на что послушная Навара с удовольствием соглашается. Фарсису же Ассура предлагает тренировать некоторых других её воительниц. Этим раньше занимался ТОГАР, но при этом он растлевал некоторых из них, чего никогда не позволял себе делать благородный Фарсис.



      ХЕЛИЯ - младшая дочь ЕЛАМА, сына Абашима (Сима, Шема), от ИАФЫ, дочери Абафета (Иафета).
        Мать Хелии, Иафа, дочь Абафета, супруга Елама, родившая 12 детей, родила последнего своего сына, Сура, и перестала рожать. Пять лет она не приносила своему супругу детей так, что все уже думали, что она вообще больше не может родить. Однако на пятый год она родила своего последыша - девочку, которую назвали Хелия. Она быстро росла и вскоре превратилась в крупную и выносливую девочку, которой, правда, была свойственна кажущаяся неловкость и нерасторопность в движениях. в 16 лет она уже была высока ростом, крепка в плечах, мускулиста и прекрасна собою. Её густые светлые волосы отчасти были заплетены в тугие тонкие косы, а кое-где густыми упрямыми прядями стекали во все стороны по плечам и спине. Она стала сначала служанкой Царицы АССУРЫ, а впоследствии одной из лучших её воительниц.
        "Эта была крупная для своих лет, старательная и выносливая девочка, которую, правда, отличала некоторая заторможенность и нерасторопность в движениях. Хелия была высока ростом, выше даже самой Ассуры, крепка в плечах, мускулиста и прекрасна собою. Её густые светлые волосы кое-где были заплетены в тугие тонкие косы, а кое-где густыми упрямыми прядями стекали во все стороны по плечам и спине. Одежды на ней было совсем не много, если не сказать, что не было вовсе. Да и то, что можно было признать за одежу, выглядело весьма причудливо и состояло из сложных переплетений кожаных ремней и льняных опоясаний вокруг чресл, живота и плеч. При этом большая крепкая грудь девушки оставалась совершенно открытой, и это ее обладательницу, видимо, совсем не смущало. Наоборот, весь вид этой молодой воительницы, весь ее дикий необузданный облик говорили об ее бесшабашной храбрости, гордости и независимости, чуждой всякой робости или смущенья. Она, расправив плечи, смело вошла в шатер, встала перед креслом Царицы и молча вперила в нее взор своих синих, как полуденное небо очей".
(Ассура. Царица Вавилонская, гл. ОХОТА ЗА НАВИ / "Хелия, дочь Елама")


        Атарга (Атаргатис, Аната, Анат), дочь ИЛУ (Лим, Марту), сына АМОРЕЯ, от АСИРЫ (Асират), дочери Царя Вила и Царицы Ассуры. Атарга знаменитая воительница и охотница ещё в детстве показала себя, как яростная задира и неисправимая забияка, не боявшаяся ввязаться в драку даже с мальчишками старше неё.
        В возрасте 12 лет, например, Атарга затеяла драку с Ефлафом, сыном Иевуста (Евуса), который, получив от неё несколько ударов, выхватил нож и пытался ударить Атаргу ножом. Однако Атарга уворнулась от ножа, сбила Ефлафа с ног и, схватив нож, выроненный Ефлафом, чуть не убила его. От смерти Ефлафа спасла Армага, дочь ТОГАРА, от Ашады (Ариашад). (рассказ об этом в книге «Нимврод, строитель Вавилонской башни», в гл. «Тогар с Арменаком в Харане».
        Однажды Тогар, сын Хомера, в сопровождении своего оруженосца, Арменака, сына Хула (Хайка), по дороге в Дамасу приезжет в Харан, где он встречает Царицу Ассуру. В свите Царицы Тогар обнаруживает Армагу, свою дочь от Ариашад. В Армагу влюбляется Арменак. Армага знакомит своего отца, Тогара, со своею подругой, Атаргой, которой тогда уже было 13 лет, и Армага просит отца научить свою подругу драться. Тогар берется обучать Атаргу премудростям боевого искусства и удивляется необыкновенным способностям своей ученицы. Воспылав страстью к Атарге, Тогар растлевает её и лишает девственности.
В возрасте 16 лет Атарга охотилась в лесу неподалеку от Вавилона и встретила охотившегося там же необыкновенно красивого юношу по имени Адони. Они влюбляются друг в дружку и Атарга зачинает от него тройню дочерей. Однако Адони не суждено было увидеть своих чад от Атарги. Когда таещё не родила, Адони погиб на охоте от клыков свиепого вепря. Некоторые же сочли, что его убил Тогар, возревновавший его к Атарге.
        Вскоре Атарга родила тройню дочерей, которым дали имена: Идра, Тала и Арца, которых всех троих возьмёт впоследствии в жены Адад (Ваал-Хадад), сын Ваава. При первой возможности Атарга отдала своих детей комилице, а сама с ещё большим ускрдием предалась тренировкам в боевом искусстве.

      Атарга сопровождала Царицу Ассуру в её походах, а так же самостоятельно совершала множество путешествий в поисках приключений.
       МОРРИГА - младшая, последняя дочь ЕЛАГИРА. Самая загадочная из воительниц Царицы Ассуры. Нелюдимая и молчаливая, она любила подолгу оставаться одной. С самого детства Моррига убегала из стана своего отца и сутками гуляля по окрестным лесам с одиночку. Со сверстниками она была неприветлива и задириста. Они её боялись и не любили. Первые уроки боевого искусства дал ей её отец, Елагир, сын МАГОГА, ещё в детстве отправленный отцом из Харратских гор в Шинар и там усыновлённый ЕЛАМОМ. Елагир некоторое время был оруженосцем своего двоюродного брата, ФАРСИСА.
       Впоследствии тайным другом и учителем Морриги станет БОГАТАР, сын Фарсиса. Моррига влюбится в Богатара и всячески будет стремиться добиться от него близости, однако благородный Богатар не поддастся на её ухищрения и предпочтёт ей МАНАНУ, дочь своего друга, МАГАРА.
       Подруги, Улада, дочь ЛУДА, и Карма дочь АРПАКШАТА, встречают в Харратских горах двух братьев: ГОГА и МАДЖУДА, сыновей МАГОГА. Между братьями, с одной стороны, и подругами, с другой, происходит перебранка, а потом и битва. С большим трудом могучим Гогу и Маджуду удается одолеть Уладу и Карму. Братья со смущением обнаруживают, что их соперники — девушки. Они пленяют юных воительниц и, связав, доставляют их в башню своего отца. Их мать, МАГА, супруга Магога, увидев, что пленённые девушки Дочери Ара, запрещает сыновьям обижать их и велит принять девушек, как почётных гостей, а сама посылает свою дочь, МАГОЮ, в Шинар сообщить Царице Ассуре, где находятся их нареченные сёстры. Ассура передаёт Маге, чтобы она выдала замуж Уладу и Карму за своих сыновей.
        Впоследствии Улада станет женой Гога, а Карма — женой Маджуда

                     Улада (слева) и Карма на привале у костра
 
 
ostaev
05 March 2017 @ 04:42 pm
КАИНАРА, старшая дочь Иафета, основательница сестричества "Дочерей Ара".
Каинара, в возрасте 24 лет, в Харратских горах.
     В 15-й год после Всемирного Потопа Асия, жена Иафета, родила от своего супруга второго ребенка, дочь Каинару. В возрасте 3-х седмин (в 21 год) Каинара вышла замуж за Арпакшата, первенца Абашима (Сима, Шема).
  Другие дочери Иафета, так же ставшие женами симитов, образовали тайный союз, который возглавила Каинара, жена Арфаксада. Они полагают, что на них исполнилось пророчество Ноя: «Да распространит Бог Иафета и да вселится он в шатрах Симовых» (Быт. 9. 27), ибо они все вышли замуж за сыновей Сима и вселились в их шатры. Каинара возглавила этот тайный союз и избрала Ассуру своей преемницей.

























<< Вернуться в самое начало и к оглавлению.
 
 
ostaev
Маш, сын Арама, внук Абашима (Сима, Шема) - самый загадочный и неоднозначный персонаж. С одной стороны, он трудолюбивый и искусный златокузнец, изобретатель, мастер и знаток оружия и драгоценных украшений, с другой стороны он сладострастный обольститель женщин и юных дев, бестыжий мошенник, своими аферами стяжавший несметные богатства. Кроме всего прочего Маш был изобреттателем денег в виде золотых, серебрянных и медных монет, которые Нимврод использовал для обозначения (оплаты) работ на строительстве Вавилонской башни.
      В пятнадцать лет "он был одет в одну только набедренную повязку из куска конской кожи, которая с трудом сходилась у него за спиной и едва прикрывала его ягодицы. Впрочем, перевязана она была добротным кожаным ремнем, украшенным красивыми, искусно сделанными бронзовыми бляхами. На поясе этом висели ножны короткого меча, больше походившего на кинжал или охотничий нож, зато мастерски инкрустированные серебром. Волосы его были черные, как смола, кудрявые и густые и напоминали черную овечью вóлну. Большие карие, очерченные густыми бровями глаза смотрели внимательно и строго" (Книга "Нимврод, строитель Вавилонской башни", глава: Дамаса, обиталище Хуца).
        В 68 лет это был "седобородый мужчина в красивом, расшитом хитоне, надетом поверх белой льняной туники, в кожаных сандалиях и полукруглой валяной шапочке, так же расшитой узорами и литыми бронзовыми подвесками" ("Ассура. Царица Вавилонская", глава: "Приём у Фарсиса").

      Женами МАША были: ШЕЛА, дочь Ашурида; Лилит, дочь Савты; Аршуна, дочь Арима; и Сура, дочь Драка и Нихты.
Лилит, дочь Савты, родила от Маша красавицу Валкату, будущую принцессу, а впоследствии царицу Савтскую, любовницу Сирама архитектона Вавилонской башни. В Лилит, а потом и в Валкату был безответно влюблён Нимврод.
Так же Маш имел множество любовниц и любовных связей число которых определить не представляется возможным.

        Первой женой маша была ШЕЛА, дочь Ашурида. Шела родила Машу сына и двух дочерей, но Шела не вынесла измен своего супруга и после 13-ти лет супружества они навсегда расстались.
        Следующей супругой Маша стала Лилит, дочь САВТЫ от Сузы. Маш сошелся с нею, когда ему было 45, а ей 28 лет.
      Лилит была на 17 лет младше своего супруга и родила ему всего одну дочь, по имени Валката, которая станет правительницей Саватеи, земли своего деда по матери.










Третьей супругой Маша стала Ашуна, дочь Арима.

Юная Аршуна родила Машу пятерых детей, троих мальчиков и двоих девочек.

















      Уже будучи 69-летним старцем Маш возьмёт себе в жены 24-летнюю Суру, дочь Драка и Нихты. Сура родила Машу пятерых детей: двоих мальчиков и троих девочек.


<< Вернуться в самое начало и к оглавлению.
 
 
ostaev
ШЕЛА, дочь Ашурида, племянница Ассуры.

Это Шела, племянница Ассуры. Она дочь Ашурида, брата Ассуры, и лучшая из её посланниц. Когда Царь Вил со своею супругой, Ассурой, покинули Вавилон и Царь Вил неожиданно скончался в становье Мари, где их приютили их сват и зять, Шела была отпрвалена в Вавилон, чтобы устроить Ассуре встречу с Нимвродом.
Первым мужем Шелы был Маш, сын Арама. Она родила ему сына и двух дочерей, но после они расстались.

Страница о ШЕЛЕ на сайте иллюстаций к "Ассуре" и "Нимвроду" >>
Впоследствии Маш ещё три раза женился.


<< Вернуться в самое начало и к оглавлению.
 
 
 
ostaev
ТОГАР (Фогарма), сын Хомера (Гомера)
Тогар, сын Хомера в 24 года в Харратских горах
      Тогар, младший сын Гомера, высокий чернокудрый моложавый мужчина, широкий в плечах с, горящим из-под черных бровей, кареоким взором, он отличался неистовым нравом, был необузданным драчуном, но при этом искусным воином. Его стройное мускулистое тело, закопченное солнцем, было сильно и прекрасно. Его грудь, от горла до лобка и от соска до соска, покрывала густая черная поросль, отчего молодой человек казался помеченным крестообразной печатью. Черные кудри его, от пота свившись в тугие пружинки, опускались вокруг головы почти до самых плеч … Слишком красив был этот молодой человек.
    Однако по характеру он был неукротим до безумства. Например в возрасте 24 года он похитил из стана своего отца в Харратских горах свою младшую сестру Дамасу, чтобы подарить её своему другу Уцу, сыну Арама. Тогар сам отвёз Дамасу в становище Арамеев.
    Когда Тогару исполняется 25 лет, и он перебрался в Шинар, ему в друзья набивается Ашурид, сын Ассура, старший брат Царицы Ассуры. Ашурид решил из своих наиболее сильных рабов создать отряд воинов и уговорил Тогара обучить их воинскому искусству. Тогар в тайном месте, в лесу, тренировал рабов Ашурида. Дочь Царя Вила, Инара, решила проследить за своим дядей, Ашуридом и увидела, как Тогар тренирует его рабов. Когда тренировка закончилась, Инара стала следить уже за Тогаром, который поразил её своей красотою и силой и очень понравился.

Инара, дочь Царя Вила и Ассуры, гуляет по лесу и следит за своим дядей - Ашуридом. В лесу Инара свтречается с Тогаром.
"...Не слишком таясь, чтобы не потерять молодого человека из виду, девушка шла, стараясь не наступать на сухие ветки, чтобы не выдать себя. Так шли они некоторое время, как вдруг, молодой человек неожиданно обернулся и встретился глазами с Инарой. Девушка вздрогнула, но не испугалась. Слишком красив был этот молодой человек, чтобы бояться его.
– Кто ты такая, и зачем ты за мною следишь? – Спросил он ее вдруг тем же громким гортанным голосом, которым только что разговаривал со скрывшимися в лесу мужчинами.
– Я… я Инара… – пробормотала в ответ оробевшая девушка, и вдруг улыбнулась прекрасному незнакомцу обворожительною улыбкой.
– Что?.. Что ты сказала?.. – переспросил он ее, и Инара поняла, что незнакомец сам очень смутился.
– Я Инара, дочь Царя Вила. А ты кто такой? – Сказала она уже громче и тверже.
– Дочь Царя Вила? – Переспросил незнакомец и добавил: – Дочь Царя, а ходишь по лесу одна, и ты не боишься?
– А чего мне бояться? Кто посмеет обидеть дочь Царя Вила?
Незнакомец пожал плечами:
– Мало ли ходит по лесу отчаянных людей? Кто-нибудь может похитить тебя и потребовать у отца твоего выкуп. – Сказал он прищурившись.
Инара в свою очередь пожала плечами:
– Отец мой просто прикажет убить такого «отчаянного», – возразила она и прищурилась так же, как это только что сделал молодой человек.
– Однако ты храбрая девушка, – сказал незнакомец.
Он не знал, что сказать дальше и, сам, не ожидая того от себя, вдруг вопросил:
– И что, у твоего отца есть еще дочери?
– Есть, – сказала Инара, прищурившись, – и не одна. У моего отца множество дочерей…
– И все такие, как ты… отважные? – Спросил незнакомец, постепенно приходя в себя.
– Нет, – отвечала Инара, – таких, как я, больше нет. Такая, как я, одна у отца.
Она хохотнула лукаво, встряхнула своими темно коричневыми кудрями и прошлась вправо-влево босыми ногами по мягкой траве, чтобы не приближаться и не удаляться от незнакомца. Девушка прекрасно помнила, что молодой человек пока не ответил на ее вопрос: «А ты кто такой?», и щурясь с улыбкой, смотрела прямо в глаза молодому красавцу, а он не знал, что и говорить.
– И как же все-таки твое имя? – Спросила она, наконец, и опять прошлась перед ним гарцующим шагом, словно молодая лошадка.
Незнакомец, не помня себя от восхищения, во все глаза разглядывал эту необыкновенную девушку, и всё, кроме нее, исчезло прочь с его глаз.
– Имя мое Тогар… – пробормотал он, но вдруг, словно спохватившись, перебил сам себя: – то есть я хотел сказать, зовут меня Арей, сын Магога, но на самом деле, имя мое… Тогар.
– Так кто же ты все-таки? – Вскричала Инара со смехом: – Арей или Тогар? Тогар или Арей? Кто ты?
– Я… я сын Хомера… – пробормотал молодой человек, совершенно смутившись.
– А! – Закричала Инара смеясь: – Я всё поняла: на самом деле, ты сын Хомера, зовут тебя Арей, являешься ты сыном Магога, а имя твое Тогар! Так?
– Так… то есть не так, – замотал головой молодой человек, – на самом деле, я Тогар, сын Хомера, но об этом никто не должен знать".
(Нимврод, строитель Вавилонской башни, глава "Инара следит за Ашуридом").
Инара влюбилась в Тогара и сделалась его любовницей.


 
 
ostaev
<< Вернуться в самое начало и к оглавлению.

В одиннадцатый год после потопа Шалама, супруга Абашима, родит своему мужу третьего сына, которому дадут имя Ассур. Ассуру в удел достанется сначала земля Шинар (Сеннаар), впоследствии он обоснуется севернее Шинара и создаст там страну своенго имени, Ассурию.
    Когда Ассуру исполнилось три седмины (21 год), и только пошла четвертая, его старшему брату Арпакшату было уже почти тридцать лет, однако он всё еще не был женат. Отец хотел женить Арпакшата на его младшей сестре, УММЕ, то есть на одной из своих дочерей, чтобы первенец его внуков имел чистую, беспримесную кровь от других своих братьев. Арпакшат же не спешил заговаривать о женитьбе. Он страдал по КАИНАРЕ, дочери Абафета, но девушка, которую он любил, не торопилась дать своего согласия, а взять в жены другую сам Арпакшат не желал. Да и как подходить к отцу с просьбой о сватовстве, которое, во-первых, перечило бы воле отца, во-вторых, если сама Каинара еще не давала ему своего согласия!
      Умма же была до безумия влюблена в Ассура и хотела сделаться его женой. О своей любви к Ассуру Умма поведала своей близкой подруге ЭРИДЕ, дочери Абафета, родной сестре Каинары. Ассур же, в свою очередь, был влюблён в Эриду и оказывал ей всяческие знаки внимания, однако Эрида не спешила ответить ему взаимностью. Как-то Умма спросила у Эриды совет, как ей избавиться от замужества с Арпакшатом? Эрида же совершила глупость о которой потом сожалела всю жизнь. Она посоветовала Умме соблазнить Ассура, забеременеть от него, а потом сообщить Арпакшату и своему отцу о своей беременности.
    Ассур же продолжавший любить Эриду так же безумно, как Умма его, всячески домогался Эриды... Наконец, старания его увенчались успехом и ему удалось склонить Эриду к близости. Эрида забеременела от Ассура, но не призналась ему в этом и, сколько могла, скрывала свою беременность. Хомер, сын Иафета, родной брат Эриды, узнав о беременности своей сетры и кто этому виной, подкарауливает Ассура одного на пути в стан Иафета и, выговорив ему за Эриду, набрасывается на него. Между ними завязывается драка. Ассур побеждает Хомера, и побежденный Хомер просит Ассура убить его, но тот оставляет его в живых. Ассур признает себя отцом ребенка Эриды, просит у Хомера прощения и клянется Хомеру, что возьмет Эриду в жены.
    Умма же, воспользовавшись безумным советом Эриды, также склонила к близости своего брата и тоже забеременела от него. Когда она сообщила об этом своему отцу, Абашиму, он сначала разгневался, но потом простил своих сына и дочь и назначил их свадьбу.

       Уже после свадьбы Ассура и Уммы Эрида даёт Ассуру согласие на замужество. Несмотря на то, что Эрида зачала от Ассура первой и первой же родила ему сына, которому дали имя Ваав, она будет считаться Ассуру второю женой, а Вил, сын Уммы - первенцем Ассура и наследником его на Шинарском престоле.
      Эрида родит Ассуру шесть сыновей а так же от неё родится Ассура, будущая Вавилонская Царица. Ассура выйдет замуж за своего единокровного брата Вила, который после Ассура станет Царём Вавилонским и Шинарским.
        Три сына Ассура от Эриды: Ваав, Ашурид и Ашер, были старше Ассуры, а другие три сына: Шур, Азур и Беф, были младше неё.
        Родная сестра Ассура, Умма, дочь Абашима, родит от Ассура 11 детей. Старшиий из них, Вил, будет после своего отца Царём Вавилона и всей земли Шинар, а его единокровная сестра, Ассура, станет его женой и Вавилонской царицей. Второй сын Уммы, Ур, откочует на юг от земли Шинар, перейдёт реку Евфрат и разобьёт там становье своего имени, из которого впоследствии образуется страна Ур. После Ура, Умма родила от Ассура ещё пять дочерей, потом третьего сына, после него двойню девочек Суру и Суму, которых Ассур ещё в их младенчестве отдаст в жены своему племяннику Шелаху, сыну Арпакшата, чтобы вторая двойняшка, восстановила семя его погибшего брата-близнеца Каинана. После всех Умма родит Саруту, которая выйдет замуж за своего единокровного брата, Бефа последнего сына Эриды от Ассура.

Это Ассур, сын Абашима (Сима. Шема), в возрасте 24 года в Харратских горах на берегу Великого озера.



Это Ассур и Ассура - его дочь от Эриды

        Ассура - главная героиня изданной уже части, в возрасте 12 лет. Отец дарит ей медвежью шкуру, из которой Эрида сошьет ей верхнюю одежду, надеваемую поверх туники. Ассур начнёт брать Ассуру с собой на охоту, и она так полюбит это занятие, что время от времени будет предаваться ему всю свою жизнь. Ассура научит охотиться и некоторых своих подруг. С этого времени ей приклеится домашнее прозвище «Арса» – медведица.













            Это Ассура в возрасте 14 лет:
Тогда она со своими родителями ещё обитала в Харратских горах, куда приземлился Ноев ковчег.




 
 
ostaev
<< Вернуться в самое начало и к оглавлению.


Самое начало истории о детстве Нимврода выложено ЗДЕСЬ:

        Нимврод был предпоследним из сыновей аввы Хуша, Абахамова сына, от его родной сестры Хают. Он был чернокожим, гораздо чернее и без того уже достаточно черных других своих братьев, но был гораздо красивее их и лицом, и фигурой. Нимврод не походил ни на свою мать, ни на отца, что вызывало у всех какое-то подозрение в его происхождении. Не то чтобы кто-то посмел заподозрить его матушку, Хают, в неверности мужу (да и с кем могла изменить ему эта женщина – возрастом под пятьдесят – в то малолюдное время?[i]), но поговаривали: будто бы по ночам ее посещал некий демон из преисподней.

Матушка Хают с младенцем Нимвродом на руках.

        Родился Нимврод в доме Абахама, сына Абаноха, своего деда, в далеком убогом селении Кархамиш, в верховьях Евфрата, к северу от Сурской пустыни. Уже само его зачатие было наперекор отеческим заповедям, ибо зачат он был своим отцом в самую ночь зимнего солнцеворота, когда дети человеческие не смели входить к своим женам, но, в течение двух седмиц[ii] от последнего полнолуния года, а приносили жертвы Всевышнему, моля Его о возвращении солнца. Жертвоприношение продолжалось до той поры, пока день начинал заметно прибывать, а в ту самую ночь, когда родился Нимврод, деду его приснился загадочный сон. Снилось ему, будто его новорожденный внук сбросил с горы прочих всех его внуков, племянников и сыновей, а потом боролся на вершине огромной горы, досязавшей чуть ли не до самых небес, с дядей своим Ассуром, абашимовым сыном. Вот младенец Нимврод сбросил с горы и его и воссел на ней, словно Царь. Но не долго сидел новорожденный Нимврод на горе: отвалился вдруг от нее камень огромный и страшный, будто бы вылепленный из глины, и раздавил, возросшего с гору, младенца. И шум, как бы множества голосов, ужасающий и тоскливый долго не стихал в ушах Абахама даже тогда, когда он очнулся от страшного сна.
        Невзлюбил старый Абахам своего внука, хотя, казалось бы, чем бы быть недовольным ему? И здоровым был самый младший из его внуков, и сильным, и рос, как говорится, не по дням, а по часам, быстро опережая всех своих сверстников – правнуков Абахама. Шустрый и пронырливый, с самых своих младенческих лет поражал он всех своей сообразительностью. Только вот упрямым и своевольным был этот малыш, за что и прозван был именем этим – Нимврод[iii]. Однако не за упрямство и своеволие не любил своего внука старый Абахам – эти свойства не редкостью были среди черных его сыновей – что-то другое беспокоило древнего старца, в чем не отдавал он себе отчета, а от этого еще глубже, еще безысходнее становилась его неприязнь.
        Когда же родился у матушки Хают от Хуша последний ребенок – Рама, как две капли воды похожий на своего предыдущего брата, вконец испугался старик Абахам. Странное и таинственное чувство это передалось и его сыну, авве Хушу, отцу малышей. Беспокойство взяло его, и видел, и чувствовал он неприязнь своего отца к двоим, самым младшим, его внукам, но о причине ее, той неприязни, не осмеливался даже спросить.


[i] Есть предание (впрочем, с точки зрения Библии, недостоверное) будто не все люди погибли в водах Всемирного Потопа. Якобы, помимо семьи Ноя, выжил некто Вулкан (Ваалкаин), сын Тувалкаина, из рода каинитов, рожденный от его родной сестры Ноэмы, который пережил Всемирный Потоп, укрывшись в пазухе горы Этны, или какого-то другого вулкана. Впоследствии он вошел к жене Хама, и от этой связи родился Хуш, отец Нимврода. По другой версии, тайно выживший в Потопе некий каинит, входил к супруге Хуша, отчего и родился Нимврод. Эти и другие подобные им предания и их версии усиленно распространяли сами люди, близкие к окружению Нимврода и его потомков.
[ii] Седмица – неделя, семь дней. Не путать с седминой, составляющей семь лет.
[iii] В те времена все люди говорили на едином, довавилонском протоязыке, который в своих корнях имел прообразы различных, более поздних слов и описываемых ими смыслов. Народная этимология связала имя Нимврод (евр. nimrôd) со значением «восставать», «противиться» (корень mrd). Отсюда толкование его имени – «возмутивший весь народ против Яхве» в агадической традиции, где он предстаёт в качестве первого охотника и первого, кто начал воевать с другими народами. Существуют и другие толкования этого имени, но все они, так или иначе, восходят к древнейшему корню – ד ר מ.


Рама и Нимврод в Сидоне
Нимврод и его младший брат Рама возле Сидонского дворца.
Когда маленького Нимврода привезли в Вавилон, ему тогда едва только исполнилось десять лет. Он был смышленым и развитым мальчиком и хорошо уже знал, что каждый раз, на исходе девятой луны после зимнего солнцеворота, он становится на год взрослее. Теперь ему оставалось ждать всего лишь два года, и он будет причислен к числу тех, «кто носит одежды», то есть станет мужчиной. Тогда ему впервые позволено будет препоясать свои чресла[i] набедренной повязкой, шкурой или каким-либо другим одеянием.
За их небольшую жизнь много чего уже успело свершиться над ними, много где им довелось уже побывать. И вот, как-то раз, отправлен был отрок Нимврод, вместе со своим младшим братом, Рамой, обратно к деду их в Кархамиш. Раме в то время пошел только четвертый год, и он не понимал, куда и зачем его везут, но Нимврод, уже тогда, ощущал на себе неприязнь своих старших братьев и прочей близкой и особенно дальней родни. Поэтому он и не огорчился отъездом. Он понимал, что они уезжают от нелюбови, ненависти и подозрений.
Караванные тропы никак не могли миновать уделов Сидона, и Сидон, и его сыновья богатели день ото дня. Как раз в это время, в Сидоне, гостил караван, прибывший из Вавилона. Во главе каравана находился старший сын Царя Ассура, Вавилонский Царевич, по имени Вил, который готовился тогда к двенадцатилетию свадьбы со своею супругой Ассурой. К этому сроку Ассур, Царь Вавилонский, обещал провозгласить своего старшего сына Царем и соправителем Шинарской земли. Царевна же Ассура должна была стать Царицей, и Вил готовил ей, к этому торжеству, набор драгоценных подарков. А где, как не у Сидона, на перекрестье путей, ведущих с севера к югу и с запада на восток, можно найти все самое драгоценное и самое лучшее, чего только душа ни пожелает?
Царевна Ассура и Царевич Вил приходились друг дружке единокровными сестрою и братом. Они были детьми Царя Ассура от двух его жен: Эриды и Уммы, и знали одна другого с младенчества. Мать Вила, Царица Умма, была родною сестрой своего мужа – оба они были детьми Абашима – поэтому Вил считал себя «чистых кровей». Царица Эрида же была дочерью Абафета – отца Хомера, Магога и еще пятерых братьев, населивших впоследствии полуночные страны. Детей Абафета не любили и побаивались прочие абаноховы внуки. Царевна Ассура же, наоборот, радовалась и гордилась своим происхождением от Абафета – своего деда по матери. Ведь бабушка Ассуры Асия – пепельнокосая жена Абафета – была дивной красавицей, имела необузданный нрав и, не смотря на свой возраст, выглядела даже моложе многих старших своих дочерей.
Вил, будучи всего на шесть лет старше Ассуры, был с юности влюблен в нее страстной любовью. Она, в свою очередь, относилась к нему с симпатией, и даже оказывала ему некоторое снисхождение, однако же Вилу долго пришлось добиваться ее согласия на замужество. До сих пор он всяческими способами старался вызвать в ней, ежели не любовь, то, хотя бы, некоторый интерес к себе. Он обещал ей, и действительно собирался, сделать ее Царицей. «А что нужно, кроме всего прочего, Царице? – думал Царевич. – Царице подобает иметь над собою носителей опахала!» – и он вознамерился купить для этого пару подходящих рабов.
Вил находит в Сидоне Нимврода и Раму.
       И вот Вил увидал у Сидона двух очаровательных мальчиков – Нимврода и Раму – чернокожих и прекрасных собой. Вил попросил Сидона продать их ему, думая, что это дети рабов, но хитрый Сидон не сказал ему прямо, что мальчики не рабы, а свободные, поэтому не продаются, а обещал переговорить с их опекунами. Он желал хорошо поживиться за счет простодушного Вила и тугодумов хушитов. Результат переговоров Сидона с теми, кто сопровождал этих детей, превзошел все его ожидания. Он внушил «этим глупым хушитам», что Царь Вавилонский окажет великое снисхождение их подопечным если возьмет их на царскую службу. Конечно, родители Нимврода и Рамы должны будут выделить некую сумму на их содержание, а он – Сидон – постарается устроить все так, чтобы сумма эта не оказалась слишком большой. Вилу же Сидон сообщил, что он приложил все усилия и добился того, что провожатые согласились отправить детей в Вавилон, но с условием, что вознаграждение за них они обретут не как за рабов, а как за свободных, добровольно нанявшихся в рабство. Вместе с караваном Царевича в Шинар отправился второй сын Ханаха, младший брат Сидона, по имени Хет. Тот уже был женат, имел к тому времени четверых детей и ехал в пределы Царевича всею семьей, вместе с женой и детьми. Кроме того, чтобы надзирать над Нимвродом и Рамой, Сидон отправил в путешествие своего первенца Тира, которму уже только что исполнилось две седмины. Нимврод опасался старшего сына неприветливого и гордого Сидона, который так походил на собственного отца, что казался Нимвроду его уменьшенной копией. Единственное, что отличала его от Сидона, это отсутствие тогда у Тира бороды и усов, да и телом тот был заметно стройнее, чем его тучноватый отец. Зато с его двоюродным братом, со старшим сыном Хета, семилетним отроком Харбой, Нимврод и Рама быстро сдружились и уже на следующий день в пути бегали вперегонки вокруг медленно тянущихся повозок с поклажей, или, забравшись в эти повозки, возились там в них, либо спали вобнимку.
        Одним словом, через несколько дней Нимврод и Рама уже ехали в Вавилон, а их провожатые продолжили путь в Кархамиш. Сидон же погрузил в свои бездонные сокровищницы еще две приличных толики серебряных слитков, полученные и от Царевича Вила, и от хамитов.


[i] Чресла (старослав.) – область таза и гениталий.
[ii] Есть предание (впрочем, с точки зрения Библии, недостоверное) будто не все люди погибли в водах Всемирного Потопа. Якобы, помимо семьи Ноя, выжил некто Вулкан (Ваалкаин), сын Тувалкаина, из рода каинитов, рожденный от его родной сестры Ноэмы, который пережил Всемирный Потоп, укрывшись в пазухе горы Этны, или какого-то другого вулкана. Впоследствии он вошел к жене Хама, и от этой связи родился Хуш, отец Нимврода. По другой версии, тайно выживший в Потопе некий каинит, входил к супруге Хуша, отчего и родился Нимврод. Эти и другие подобные им предания и их версии усиленно распространяли сами люди, близкие к окружению Нимврода и его потомков.
НИМВРОД И РАМА В ВАВИЛОНЕ
    Когда Вил представил купленных им детей своей невесте, Ассуре, она воскликнула:
        – О! Что за чудо! Какие дивные дети! Такие черненькие! – Вскричала Царевна, воссиявая улыбкой. – Милый мой Вил, ты превзошел сам себя... какой чудесный подарок.
        – Этот подарок я приготовил тебе на свадьбу. Когда мы поженимся, они будут твоими опахалоносцами, ведь Царице подобает иметь опахалоносцев... – отвечал ей Царевич, и щеки его покраснели от волнения и радости, что подарок пришелся по душе его суженой.
        – О, да ты, Вил, хитрец, – сказала Ассура, – теперь мне не захочется затягивать со свадьбой. Ну, хорошо, милый мой, дай я тебя поцелую...
        Она приблизилась к своему жениху, обвила его шею своими дивными руками и коснулась губами его мохнатой щеки. Но не долго льнула она к Царевичу, и снова обратилась к, очаровавшим ее, ребятишкам:
        – А ну-ка, мальчики, подойдите ко мне поближе!
        Нимврод и Рама приблизились к Царевне вплотную. Она, присев перед ними на корточки, словно не доверяя своим глазам, принялась трогать их, поглаживать по груди, ощупывать плечи и приговаривать:
        – Ну надо же! Эти зверюшки напоминают мальчиков, однако они черны, словно сажа! И так друг на друга похожи, словно два брата. Они что, и вправду братья? – Спросила Ассура и повернула к Царевичу свою красивую голову, которой Нимврод исподволь не переставал любоваться.
        – Да, мы с Рамой братья! – Определил он с ответом Царевича Вила.
        Ассура, нахмурила брови, густые и черные, словно два вороновых крыла, перевела взгляд на Нимврода и вдруг расхохоталась:
        – Надо же, Вил, они разговаривают! Ты слышал? Они умеют говорить, словно люди!
        – Они и есть люди, только маленькие и черные, ведь они дети Хуша, абахамова сына... – усмехнулся Царевич, но Царевна его перебила:
        – Ах, да, ну конечно, однако смешно...
        Нимвроду что-то не понравилось в том, как восторгается ими Царевна. Хотя сама Ассура была на его взгляд великолепна, сообразительный мальчик понял, что воспринимает она его с братом как-то немножечко странно, словно бы как не людей. «Даже с рабами обращаются как-то не так, – думал Нимврод, – но почему? Неужели же потому, что мы черные? Но ведь почти все дети Хуша черные, правда не настолько, как мы с Рамой, но никто никогда еще не сомневался, что мы настоящие люди, как все». Однако от природы предусмотрительный мальчик даже виду не подал, что что-то ему не по нраву. Воспитанный несколько лет без родителей, он уже знал, что спорить, тем более ссориться с теми, кто старше и сильнее тебя, бессмысленно и опасно. Нужно лучше смирить гордость и перетерпеть, ведь лаской и кротостью зачастую можно добиться гораздо большего, чем упрямством и силой.
        Целый день до вечера Царица не отпускала от себя подаренных ей детей. Она, то и дело срываясь на смех, наблюдая, как они едят, как их моют с дороги, и незлобно подшучивала над ними.
        – Смотрите, смотрите, не смойте с них черной окраски, – говорила она служанкам, а те недоумевали, как их госпожа не может понять, что Рама с Нимвродом не крашены, а это природный цвет их кожи. И только Нимврод догадывался, что Ассура попросту потешается над ними.
Нимврод с опахалом в Вавилонском дворце
    Вот так Нимврод и рама сделались опахалоносцами Царицы Ассуры...




 
 
ostaev

Моя мать по происхождению кубанская казачка. Её отец (мой дед) Яков Курсков и его тесть (дед моей матери), Денис Уваров, жили неподалеку от нынешнего г. Кропоткин, в станице Темижбекская. Курсковы и Уваровы были зажиточными казаками и породнившись ещё до революции 1917 г., надеялись укрепить свои хозяйства, застраховав их от распыления. У Дениса были лошади и разная скотина, а у его зятя даже была своя мельница, которую он соорудил своими руками.
    Одна беда — у Дениса одна за одной рождались дочери: Евдокия, Зинаида, ешё Евдокия и Татьяна, и не было наследника для хозяйства, ведь по казацкому укладу, дочерей выдавали замуж, а хозяйство наследовали сыновья. Ещё во время первой мировой войны, Денис Уваров побратался с одним казаком, своим однополчанином, и они решили: если кто из них погибнет, возьмёт на воспитание детей другого. Впоследствии, выдав замуж за казака Якова Курскова свою старшую дочь (мою бабушку), Денис взял себе в семью сына огибшего побратима, сироту-казачонка, которого намечал усыновить и передать ему в наследство своё хозяйство.
    Это уже произошло после революции и даже после гражданской войны в самом конце 20-х годов прошлого столетия. То была эпоха повальной коллективизации и уничтожения крестьянства, как класса и казачества, как сословия. Под эту «жатву» попали и мои предки. Кто-то написал на моего прадеда донос, что он якобы завел себе батрачонка и эксплуатирует детский труд. Деда же, мужа моей бабушки, у которого была своя мльница и которую он соорудил собственными руками, обвинили в том, что он скрывает запасы муки и поддерживает ею мятежных казаков, выступающих против Советской власти. Деда и прадеда моих сначала поразили в правах, в частности лишили избирательного права, а потом просто-напросто расстреляли без суда и предъявления обвинений. Хозяйство моих дедов коллективизировали, а четырех сестер, дочерей Дениса, старшая из которых была ещё только беременна моею материю, отправили на поселение в столицу Юго-Осетинской автономной области, в город Цхинвал — городок расположенный на берегу реки Ляхвы на южном склоне Большого кавказского хребта. Там в 1930 году и родилась моя мать, Курскова Елена Яковлевна.

Сёстры моей бабушки всю жизнь прожили в Цхинвале, который в 1934 году переименовали в Сталинир, что по-осетински значит Сталин Осетин. Они так и не вышли замуж и умерли старыми девами, так как были по вероисповеданию староверками, а им запрещено было выходить замуж за иноверца, тем более за атеиста, а староверов в Цхинвале тогда, кроме них, больше не было.

 
 
ostaev
Вчера на своей странице в Фэйсбуке https://www.facebook.com/ostaev я выложил пост такого содержания:
"В связи с гонением либералов на Стёрждеса в США и в России, мне вспомнился ещё один, как сейчас любят говорить, "неоднозначный" персонаж мировой культуры. Это великий (я не побоюсь этого слова) режиссер, танцовщица, актриса, лётчица и фотограф - Лени Рифеншталь (Leni Riefenstahl). Она родилась в Германии 22 августа 1902 года. В 1932 году Рифеншталь сняла первый свой фильм «Голубой свет». Далее от года к году она снимала фильм за фильмом и, несмотря на то, что снимала фильмы о гитлеровском режиме: "Победа веры", "Триумф воли" и др., её популярность росла и росла во всём мире. В 1936 году она сняла замечательный фильм "Олимпия" об олимпиаде 1936 года в Берлине, который имел триумфальный успех. В 1938 году она приехала в США, посетила Голивуд. Там она познакомилась и подружилась с Уолтом Диснеем, Кингом Видором и многими другими знаменитостями Америки. Её другом стал даже Генри Форд. Но когда Советская армия разгромила фашистскую Германию, от неё отвернулся едва ли ни весь "цивилизованный" мир. Её не принимали, не подавали руки те, кто раньше восхищался ею и делал ей комплименты. Некоторое время она даже просидела в тюрьме американских оккупационных войск в Германии. Но эта мужественная женщина не сдалась. Она поехала в Африку, снимала там фильмы о подводном мире и о культуре "диких" африканских племён, которых фашисты, называли "untermensch" - недочеловеки.
В 1974 году на Мальдивах в возрасте 71 года Рифеншталь впервые погрузилась в Индийский океан с аквалангом и с камерой для подводной съёмки. За последние три десятилетия своей жизни она совершила более двух тысяч погружений.
8 сентября 2003 года, через две недели после своего 101-го дня рождения, Лени Рифеншталь скончалась в 22:50 в своём доме в городке Пёккинге на Штарнбергском озере. Интересно заметить, что незадолго до этого она сделала своё последнее погружение с аквалангом"
.
Я приведу здесь несколько кадров из её фильмов и несколько замечательных фотографий из африканского альбома и да простят меня те, кто, как в творчестве Стёрждеса, усмотрят здесь детскую порнографию или педофилию".
К нему я приложил несколько кадров из знаменитого, известного по всему миру её фильма "Олимпия" об олимпиаде 1936 года в Берлине и несколько фотографий из её не менее знаменитых африканских альбомов. Не прошло и часа, как мой аккаунт на Фэйсбуке "забанили". Восстановить мне его удалось только после того, как я удалил все фотографии. Я их приведу здесь (надеюсь, администраторы ЖЖ более либеральны и меня не забанят).


КАДРЫ ИЗ ФИЛЬМА "ОЛИМПИЯ" 1936 г. Берлин.
olimpica_z_28034d87.jpgolympia_004.jpgolympia_003.jpgOlympia_002.jpg

КАДРЫ ИЗ ФОТОАЛЬБОМА "НУБА"
tumblr_l0fypkBAhc1qb3phdo1_1280.jpgRiefenstahl-Nubas.jpg2_Riefenstahl.jpgRiefenshtahl_nuba_0_145c80_aefd7eda_XXXL.jpg
img0023.jpgtumblr_lzojouBVxr1qb5wbbo1_1280-e1344321474308.jpgnuba_70_1.jpgnuba_Leni_Riefenstahl_21.jpg
LeniRiefenstahlYLaTribuNuba.jpg04.jpg61_1.jpg0_145c63_345569_XXXL.jpg

С юности до самой глубокой старости Лени неизменно блистала красотой.